Да вы что?!..

Ой-ёй.. Такую музыку, уж простите, должен знать каждый культурный человек!

Остановитесь, почитайте и затем послушайте, это важнее, чем тыкать пальцем по каливаатуре!

"Не могу не признаться, что первое исполнение
"Всенощной" московским Синодальным хором
дало мне час счастливейшего наслаждения... "
"Я и не ожидал, что написал такое произведение."

Сергей Рахманинов о своем "Всенощном бдении"

 

 Сергей Васильевич Рахманинов родился в музыкальной семье, 1 апреля 1873 года. Его мать, Любовь Петровна, была ученицей Антона Рубинштейна и прекрасно играла; отец, Василий Аркадьевич, владел даром музыкальной импровизации. “За другие сильнейшие музыкальные впечатления я должен благодарить свою бабушку”, — вспоминал Сергей Рахманинов. Именно благодаря своей бабушке Софье Александровне будущий мастер проникся красотой духовной музыки. Софья Александровна Бутакова была женщиной глубоко религиозной. Она регулярно посещала церковные службы и, когда Сергей оставался на ее попечение, она всегда брала его с собой. Будучи его крестной матерью, она строго относилась ко всему, что касалось духовного развития внука.
Особенно Сергею запомнился перезвон далекого Новгородского Софийского собора. “Звонари были артистами, — писал он позже, — четыре ноты складывались во вновь и вновь повторяющуюся тему, четыре серебряные плачущие ноты, окруженные непрестанно меняющимся аккомпанементом... Несколько лет спустя я сочинил сюиту для двух фортепиано... — мне вновь запел колокол Софийского собора”. Древний новгородский знаменный распев на всю жизнь сохранился в памяти композитора.
Бабушка играла большую роль в жизни Сергея Рахманинова. Не случайно в марте 1897 года, сразу после провала его Первой симфонии в Петербурге, он уехал в Новгород, к бабушке. С.А. Бутакова умерла в возрасте 82 лет, в 1904 году, когда судьба Рахманинова уже вполне определилась.

Время, проведенное в имении его бабушки, С. Рахманинов вспоминал как самые светлые моменты своего детства. Уже в Москве, будучи взрослым, он часто ходил к службе, но тщательно скрывал свои религиозные чувства от посторонних глаз, поэтому многие современники, знавшие С. Рахманинова лично,  в своих воспоминаниях отмечали,  что он не отличался религиозностью и не посещал церковь.  И лишь самые близкие друзья знали, что это утверждение совершенно неверно. Его друг,  композитор А.Ф. Гедике,  писал в воспоминаниях о С. Рахманинове: «Он очень любил церковное пение и частенько,  даже зимой,  вставал в семь часов утра и уезжал в Андроньев монастырь, где выстаивал в полутемной огромной церкви целую обедню,  слушая старинные, суровые песнопения из Октоиха,  исполняемые монахами параллельными квинтами. Это производило на него сильное впечатление» .

В своем творчестве Сергей Рахманинов обратился к духовной музыке в 1910 году, создав музыку к Литургии св. Иоанна Златоуста. А спустя пять лет он завершил величайшее из своих творений — Всенощное бдение, написанное на темы древних песнопений знаменного распева. Для “Свете тихий” взята в основу мелодия Киевского распева. Всенощное бдение посвящено памяти Степана Васильевича Смоленского (1848—1909) — исследователя и знатока церковного пения, профессора Московской консерватории, управляющего Придворной певческой капеллой в Петербурге.

С. Рахманинов был знаковой фигурой для своего времени. Конец XIX – начало XX вв. стали для России временем великих исторических испытаний,  и в такой обстановке грозных потрясений и тревожных предчувствий в общественной,  философской,  художественной мысли с одной стороны –  обостряется трагическое мироощущение,  предчувствие близости «конца»,  с другой стороны – происходит необыкновенный рост национального самосознания, поиски русской идеи, обостряется интерес к старине,  к древнерусскому искусству.  То время А. Блок назвал «новым русским возрождением», для которого обращение к древнему церковному искусству не было случайным. В 80-е годы XIX века к сочинению духовной музыки обращаются Н. Римский-Корсаков и П. Чайковский. Их поиски приводят к возникновению в начале XX  века так называемого «нового направления» в русской духовной музыке,  к которому принадлежит творчество П. Чеснокова,  А. Гречанинова, А. Кастальского и вершиной которого стало творчество С. Рахманинова.  Свою задачу композиторы «нового направления» видели в возрождении традиций древнего православного пения, которые были утрачены с приходом в Россию европейской культуры в середине XVII  века.  В музыке к «Всенощному бдению» С.В.  Рахманинова тесно переплетены лирико-эпическое и философско-религиозное,  глубоко личностное и всечеловеческое, соборное начала. Хоровой цикл включает 15 песнопений воскресного всенощного бдения.  Главным образом, это неизменяемые песнопения. Очевидно, что этот выбор композитора не случаен.  Воскресная служба занимает исключительное место в церковной жизни. «Это день, принадлежащий не времени,  а вечности. Это малая Пасха,  которую мы имеем счастье праздновать раз в неделю».  Из 15 песней цикла десять написаны на подлинные обиходные распевы: знаменный,  греческий,  киевский.  Другие пять,  являющиеся оригинальными сочинениями,  по словам С.Рахманинова, «сознательно подделывались под Обиход».  Литургическое слово и музыка составляют целостную ткань произведения, где все средства музыкальной выразительности направлены напередачу и углубление литургического смысла. Музыка «Всенощной»  написана для двенадцатиголосного смешанного хора,  партитура чрезвычайно сложна в вокальнохоровом отношении и требует от исполнителей высочайшего профессионального мастерства. Близость к церковной традиции обнаруживается в выборе способов изложения – часто С. Рахманинов использует антифонный (пение на два лика) принцип изложения,  который становится формообразующим,  как,  например,  в песнопениях «Благослови,  душе моя,  Господа», «Блажен муж», «Воскресение Христово ви-
девшее».  Следование традиции,  в соответствии с которой перед утреней бывает колокольный двузвон, проявляется в приемах звукоизобразительности,  имитирующих колокольный звон в «Шестопсалмии»,  которым начинается утреня.  Древнерусский характер, дух старины воссоздается через особый набор выразительных средств и приемов,  создающих колорит архаики.  Опираясь на древнецерковную монодию,  С. Рахманинов облекает ее во все многообразие красок, возникающих из палитры жанровых и стилевых особенностей.  
Хоровые духовные произведения С. Рахманинова –  ценнейший вклад в русскую духовную музыку.  Обращение в XIX веке к жанрам церковной музыки русских композиторов-классиков Н. Римского-Корсакова,  М. Балакирева,  А. Лядова,  П. Чайковского привели к расцвету духовной музыки в начале XX века в творчестве А. Кастальского, П. Чеснокова,  А. Гречанинова,  вершиной которого явилась «Всенощная» С. Рахманинова. Это произведение выходит далеко за рамки церковной музыки,  принадлежа одновременно искусству духовному и светскому.  Во «Всенощном бдении»  С. Рахманинова сплетены в неразрывное целое древние пласты церковной и народно-песенной культуры. Древние обиходные напевы,  оплетаясь выразительными приемами и средствами современного музыкального искусства,  образуют целостную музыкальную ткань произведения, в которой древний напев не только рельефно выделяется,  но выявляет,  проясняет мелодическое,  интонационное богатство и красоту первоисточника.  Гений композитора открыл скрытую в древних напевах бесконечную глубину содержания,  духовных смыслов и символов.  Вместе с тем,  автор раскрывает стилистическое своеобразие,  заложенное в первоисточнике,  обогащает эпическую основу древнего распева подлинным симфонизмом,  оперным богатством образов и напряженностью драматургического развития. Глубина личного религиозного чувства, преклонение и восхищение величием Творца, молитвенная просветленность и глубокое покаяние, сосредоточенное размышление и призыв к единению во имя мира всему миру – вот содержание и гуманистический пафос «Всенощного бдения» С. Рахманинова.

"В феврале 1915 года на одной из очередных репетиций синодального хора на пультах появилась новая партитура в синей обложке. Раскрыв ноты, мы увидели надпись: “С. Рахманинов. Всенощное бдение”. Партитура, как и вообще все ноты синодального хора, была размножена литографским способом и не прошла еще через какое-либо издательство. Нам предстояло первым исполнить это произведение на концертной эстраде”, — вспоминал Александр Смирнов, один из певчих Московского синодального хора.

Работа над Литургией и Всенощной Рахманинова вызывала и у музыкантов ощущение радости. К репетиции приступали с волнением. Обычно перед разучиванием дирижер Николай Данилин один раз проигрывал новое произведение, теперь же он сделал это дважды, сопровождая показ короткими замечаниями: “Послушайте еще раз”, “Это только кажется что трудно. Трудно исполнять на рояле, а в хоре легко”. Вся подготовка к концертам проходила в атмосфере большого творческого подъема.

Рахманинов сам присутствовал на репетициях, хотя по традиции на спевки синодального хора почти никто не допускался.

“Однажды во время репетиции стеклянная дверь вдруг распахнулась, и в зал вошел медленной уверенной походкой мужчина необыкновенно высокого роста; он прошел средним проходом к первым рядам кресел, сел и, раскрыв точно такую же партитуру, как и у нас, начал слушать. Дирижер не остановил хор, но все догадались, что это Сергей Рахманинов. С того дня аккуратно к началу репетиции являлся и Сергей Васильевич, садился на то же место, внимательно следил за исполнением, одновременно со всеми перелистывал страницы и... безмолвствовал. Лишь один раз вместо Рахманинова пришла его жена, прослушала всю спевку, а в перерыве читала книгу”, — вспоминает А.Смирнов о репетициях “Всенощной”.

Литургия С.В. Рахманинова была впервые исполнена в 1910 году, в зале Синодального училища. Повторные исполнения проходили в Большом зале Консерватории.

Первое исполнение Всенощной состоялось 23 марта 1915 года в Колонном зале Благородного собрания в Москве. В течение месяца это сочинение было исполнено четыре раза (сбор от двух концертов был передан в пользу жертв Первой мировой войны). Несмотря на правило, запрещавшее аплодисменты во время исполнения духовной музыки, слушатели после заключительного аккорда “Всенощной” каждый раз начинали бурно аплодировать.

Успех синодального хора, безусловно, был связан с именем близкого друга Рахманинова, дирижера Николая Данилина.

Синодальное училище, наряду с петербургской Придворной капеллой, было одним из центров профессиональной певческой культуры. Училище выпускало отлично подготовленных регентов для всей России, а его хор уверенно завоевывал положение лучшего в мире.

Николай Данилин, регент Синодального хора с 1910 года, поднял мастерство хора до высочайшего уровня. Впервые он встретил Сергея Рахманинова еще будучи студентом Синодального училища, и эта встреча впоследствии переросла в близкую дружбу. Игра молодого Рахманинова произвела на Николая Данилина неизгладимое впечатление. Сергей Рахманинов сотрудничал с Николаем Данилиным и при создании хоровой партитуры “Всенощной”. Даже разделенные в последние годы жизни огромным расстоянием, они продолжали часто переписываться. В последний раз “Всенощная” исполнялась Синодальным хором в конце 1916 года, в концертном зале Синодального училища — там, где проходили все репетиции.

Октябрьская революция застала Рахманинова за переделкой его Первого концерта. Многие тогда считали, что переворот в России временный. Рахманинов же думал, что это конец старой России и что ему, как артисту, ничего другого не остается, как покинуть родину. Он считал, что жизнь без искусства для него бесцельна. Боялся, что в наступившей ломке искусство, как таковое, существовать не может и что всякая артистическая деятельность прекращается в России на многие годы. Поэтому он воспользовался пришедшим неожиданно из Швеции предложением выступить в концерте в Стокгольме. В конце 1917 года он вместе с женой Натальей Александровной и детьми покидает Россию.

Вначале он едет в Париж, затем перебирается в Швейцарию. С 1935 года композитор живет в США. Наступает новый перерыв в творчестве Рахманинова, на этот раз значительно более длительный, чем предыдущий. Только спустя целое десятилетие композитор возвращается к сочинению музыки, сделав обработку трех русских народных песен для хора и оркестра и завершив Четвертый фортепианный концерт, начатый еще накануне Первой мировой войны.

Рахманинов мучительно тосковал по родине, постоянно размышляя о том, не совершил ли он ошибку, покинув отчизну. Он жадно интересовался всем, что приходило из Советского Союза, и его интерес к своей обновленной родине был искренен, глубок. Он читал книги, газеты и журналы, приходившие из СССР, собирал советские пластинки. Особенно любил он слушать русские песни в исполнении замечательного Краснознаменного ансамбля.

Возможно, все это послужило толчком для постепенного возрождения творчества Сергея Васильевича, создавшего в 1930-е годы такие прекрасные сочинения, как «Симфонические танцы», Рапсодия на тему Паганини и особенно Третья симфония.

Лето 1934 года принесло композитору долгожданную творческую удачу. Всего за семь недель Рахманинов создал одно из наиболее блестящих своих произведений — Рапсодию для фортепиано с оркестром на тему скрипичной пьесы Никколо Паганини.

В Третьей симфонии, завершенной в 1936 году, обобщаются лучшие рахманиновские свойства. Она, без всякого сомнения, крупное явление в эволюции национально русского симфонизма. Симфония, одухотворенная лирикой и гимнами восторга и любви, обращена к великой родине композитора — России.

“Я — русский композитор, — писал Рахманинов, — и моя Родина наложила отпечаток на мой характер и мои взгляды. Моя музыка — это плод моего характера, и поэтому русская музыка: единственное, что я стараюсь делать, когда сочиняю, — это заставить ее прямо и просто выражать то, что у меня на сердце”.

Еще одна вершина того периода — «Симфонические танцы» (1940). Рахманинов, всегда очень строго и критически относившийся к своим произведениям, по-иному относился к «Симфоническим танцам». Он до конца жизни любил их, вероятно, считая своим лучшим произведением, и радовался, когда узнавал, что тот или другой дирижер хочет их исполнять. Он надеялся, что известный хореограф М.М. Фокин поставит балет на эту музыку. Они не раз обсуждали эту идею, но осуществить намерение — поставить балет на музыку «Симфонических танцев» Рахманинова — из-за смерти Фокина, последовавшей летом 1942 года, так и не удалось.

Последний концертный сезон Рахманинова — 1942-1943 годов — начался 12 октября сольным концертом в Детройте. Весь сбор с концерта 7 ноября в Нью-Йорке, в сумме 4046 долларов, Сергей Васильевич, как делал до этого не раз, опять отдал на нужды войны: часть пошла американскому Красному Кресту, часть была передана через генерального консула — России, стране, которую он никогда не забывал.

После тяжелой болезни Рахманинов скончался в кругу своих близких в Беверли Хилз 28 марта 1943 года.

Сегодня Литургия и Всенощная Рахманинова исполняются в концертных залах всего мира, а отрывки звучат во время богослужений в русских православных храмах: “Тебе поем”, “Богородице Дево, радуйся”. Полностью Литургию и Всенощное бдение Сергея Рахманинова исполняет хор под управлением регента Алексея Пузакова в храме святителя Николая в Толмачах. А после 1917 года это произведение долгие годы не исполнялось. Одной из первых запрещенную русскую духовную музыку включила в свои концертные выступления капелла под управлением Юрлова. 2 марта 1965 года были исполнены фрагменты Всенощного бдения, солировал Иван Семенович Козловский. Затем это произведение стали ежегодно исполнять в полном объеме в московском храме Всех Скорбящих Радость на Большой Ордынке,  хором под управлением известного регента Николая Матвеева. Чтобы услышать “Всенощную” Рахманинова 1 апреля, накануне дня рождения композитора, в храм приходило множество москвичей. Постоянно приходил сюда профессор МГУ А.Козаржевский. В этом храме впервые в годы советской власти стали исполнять Литургию Рахманинова. Архиепископ Киприан (Зернов), который здесь настоятельствовал был ценителем музыки, в молодости — актером. Поэтому не случайно, что именно он решился возродить это произведение Рахманинова к церковному звучанию.

 

А теперь отложите тест и послушайте всю всенощную целиком ЗДЕСЬ, а потом возвращайтесь обратно и...

 

ПРОДОЛЖИТЬ...